В Театре им. Пушкина восстановили «Чайку» Юрия Бутусова
В конце июня на сцене Театра им. Пушкина артисты «Сатирикона» сыграли восстановленную «Чайку» Юрия Бутусова. Спектакль 2011 года вернулся в репертуар после смерти режиссера, утонувшего в августе 2025 года в Болгарии, и стал данью его памяти.
В постановке участвует тот же актерский состав: Агриппина Стеклова, Тимофей Трибунцев, Полина Райкина, Денис Суханов, Марьяна Спивак, Антон Кузнецов. Мизансцены восстанавливали по рассказам артистов, так как оригинальная версия была снята с репертуара после отъезда Бутусова из России в 2022 году. Необходимость возвращения спектакля остро почувствовали в «Сатириконе», куда режиссера в 2002 году позвал Константин Райкин и где до сих пор идет его последний российский спектакль «Р».
Бутусов сам играл в своей «Чайке», выламываясь из деконструированной сценической реальности. В нынешней постпремьере на простую ткань проецируются съемки отчаянных и, как кажется теперь, прощальных танцев погибшего режиссера. Эта мертвая петля времени работает мощно: зритель видит человека, сочинившего все действо со своим участием, но отсутствующего в нем. Вторжение экранного Бутусова в плоть спектакля маркирует призрачное, отсутствующее, напоминая строчку из Тома Уэйтса «I’ll be gone» — «меня не будет», повторявшуюся в его раннем спектакле «Войцек».
Как режиссер Бутусов дебютировал в 1996 году с дипломным спектаклем «В ожидании Годо» на сцене ДК Первой пятилетки в Петербурге (снесен в 2005-м ради строительства новой сцены Мариинки). В этом же ДК работал театр «Перекресток» Вениамина Фильштинского, педагога Михаила Трухина, Константина Хабенского, Михаила Пореченкова и Андрея Зиброва, сыгравших четверку беккетовских бродяг. Позже Хабенский, Трухин и Пореченков работали с Бутусовым в МХТ, где он поставил «Гамлета» (2005) и «Иванова» (2009). Режиссер учился этюдному методу у педагога ЛГИТМИКа Ирины Малочевской.
Бутусовский стиль складывался сразу: от джазовой игры на пустой сцене в «Годо» он двигался к перформативному присутствию, выходя на сцену самому. Его спектакли задавали лайфстайл: «В ожидании Годо» вернул тренд на гранж-эстетику, «Войцек» и «Калигула» — на романтику в духе Тома Уэйтса, «Макбет. Кино» показал возможности коллажа. Постановки по Брехту — «Человек = Человек», «Добрый человек из Сезуана», «Кабаре Брехт», «Барабаны в ночи» — открыли поэзию политического, а «Р» (2022) стал последним и самым радикальным политическим спектаклем. Спектакли по Фоссе и Зеллеру — «Сон об осени» и «Сын» — были психологическими драмами в абсурдистском ключе. Разбирая все полсотни спектаклей, видишь их как точки скачущей кардиограммы, но один метод: деформируя контуры пьесы, Бутусов создавал партитуру настроения, отталкиваясь от вопроса «что я сейчас такое?».
